logo
Лікування за кордоном
Тел: +38 044 353 90 65
+38 050 462 06 22
+38 068 437 00 06

Контакти    

Covid, как зеркало израильской эволюции

Covid, как зеркало израильской эволюции 

Размышления кандидата медицинских наук, врача - терапевта израильской клиники Александра Каневского, о ситуации с Covid в Израиле, то о чем не говорят в новостях.

Пять месяцев пандемии я прожил в различных эмоциональных состояниях. Страха не было ни разу. Может вследствие фаталистического склада характера. В феврале всё начиналось с врачебного и научного интереса. В марте он сменился тревогой за близких и растерянностью из-за стремительно изменившегося стиля и режима жизни. Апрель отдавал некоторой депрессивностью, от которой я убегал в литературу и кулинарию. Май подарил надежду на скорую нормализацию бытия и сознания. Июнь разрушил всё. 

Сегодня мною владеет совершенно непродуктивное и нефизиологическое чувство, которое я бы сформулировал, как ярость. Я ощущаю себя обманутым, вижу источник манипуляций, но не могу повлиять на ситуацию. И бешусь от того, что власть предержащие делают всё невпопад и как будто специально проходят мимо лежащих на поверхности фактов. 

Рыба, как известно, гниёт с головы. В момент начала пандемии голова нашей страны была разворочена сотрясениями, и мозги стояли набекрень, поддавленные гематомами. Отсутствие правительства и угроза тюрьмы для первого лица привели к диктатуре узкого круга лиц, решающих собственные политические и психологические проблемы за счет экономики и здоровья граждан. Для премьера подвернувшийся вирус стал спасением карьеры, как для оконфузившегося Клинтона в свое время война с Югославией. Религиозный министр здравоохранения умудрился первым нарушить правила своего же ведомства и заболеть, но при этом активно помогал своей общине заражать соотечественников. Генеральный директор, не будучи медиком, тешил самолюбие, не вылезая с новостных программ, где неизменно пугал народ скорым апокалипсисом. Единственным врачом в ух-команде ликвидации ух-вируса стала профессор С.С. Ей и было отдано на откуп принятие профессиональных решений по управлению медициной Израиля. 

С момента, когда перечисленные персонажи встали во главе борьбы с «короной», мы стали свидетелями метаний, шатаний, ошибок и истерик. 

Во-первых, и это самое основное, не было проведено обсуждение ситуации и мер по ее преодолению с привлечением эпидемиологов, руководителей структурных подразделений Минздрава, инфекционистов, ученых-вирусологов (в том числе зарубежных). Вместо этого сценарий противодействия разрабатывали представители военной разведки, математики-аналитики и сотрудники института «Гартнера», которым долгие годы управляла всё та же профессор С.С. Стране огласили страшилку с миллионами потенциально заболевших и сотнями тысяч умерших, если не посадить всех и вся в строжайший карантин. Альтернативные мнения обсмеивались, до дискуссии дело не дошло. 

Мировая практика показывает, что решение о полной изоляции населения оправдано с той точки зрения, что резко снижает нагрузку на реанимационную службу, давая свободный доступ к аппаратам ИВЛ всем нуждающимся. При этом волна заражения растягивается по времени, неминуемо накрывая людей после отмены ограничений. Но наше государство, ставящее в абсолют святость каждой жизни, имело моральное право пойти по пути карантина. Несомненно также, что в марте мир столкнулся с пробелами в знаниях о повадках вируса. Например, поначалу была твердая уверенность о передаче заразы через поверхности, поэтому куча средств и энергии тратились на обработку помещений санитарными средствами, а граждан увещевали носить перчатки. Также поначалу думали, что дети не заражаются вообще. В какой-то момент премьер даже озвучил дикую стратегию привлечения подростков для нужд дезинфекции. В лечение тяжелых и среднетяжелых пациентов врачи продвигались наощупь, испытывая комбинации разных лекарств и их эффективность на реально болеющих людях. Также муссировалось влияние скорой жары на снижение патогенности вируса. 

Количество зараженных было бы гораздо меньше, если бы вовремя прекратилось сообщение с США, откуда была завезена мутация, превалирующая в Израиле. Прилетающим из Америки необходимо было обеспечить жесткое тестирование и мониторинг. Вместо этого вернувшиеся религиозные евреи просто разбредались по домам, а в период праздника Пурим с потрясающей активностью передавали вирус на многолюдных вечеринках. Правительство не договорилось с лидерами религиозных общин о прямых указаниях внутри послушной общины, и анклавы быстро стали рассадниками заразы. 

В марте всех и вся загнали в изоляцию. Нам не предоставили альтернативную модель. С трибуны не выступил ни один авторитет в эпидемиологии с правдивыми данными, позволяющими осознать последствия сценария без карантина. Например, специалист сказал бы, что речь может пойти о дополнительных десяти тысячах жертв. И государство не готово их допустить даже ценой массовой безработицы, стагнации народного хозяйства, растущего семейного насилия, самоубийств и депрессий тех, кто останется без средств к существованию. 

Такого выступления не случилось. Вместо этого решения принимались в узком кругу. Профессор С.С. с гендиром своего ведомства в ежедневных телевыступлениях твердили о необходимости строжайших мер, оперируя сомнительными цифрами непрофессиональных аналитиков, отсекая инакомыслящих диктаторским стилем общения. Экономика страны катилась в пропасть. 

Тем не менее, сознательность народа на момент введения карантина была потрясающей. Те, кому повезло, работали «на удалёнке». Остальные занимали себя фильмами, книгами, кулинарией, пьянством по Zoom, а развлекались походами за продуктами в ближайший супер. Тестирование разрешалось только по показаниям: возвращение из-за границы, наличие подозрительных симптомов, непосредственный контакт с больным «короной». Изоляция и разумное выявление эпидемиологических цепочек дали позитивный результат. В мае количество зараженных резко снизилось. Мир трубил о том, что в Израиле победили вирус. Мы получили «зеленый» статус. Начались постепенные послабления режима ограничений. Страна возвращалась к жизни. И на этом этапе нас накрыла лавина ошибок и просчетов, последствия которых мне видятся фатальными для ближайшего и отдаленного будущего. 

Все началось с иерусалимской гимназии, где группа учащихся разрушила иллюзию в неуязвимость детей. Несмотря на отсутствие симптомов у заразившихся девочек, случай вызвал панику. Родители стали требовать проверки для чад в школах страны, а при выявлении вируса устраивали истерику. Минздрав отреагировал своеобразно: при наличии трех зараженных закрывать школу. Затем – из-за одного. Но детей, массово отпущенных на каникулы, невозможно удержать в изоляции. И к бродячим животным повсеместно прибавились бродячие подростки, за которыми недосуг следить родителям, ищущим пропитание для семьи. 

К тому моменту раввин уже оставил пост министра, решив помочь религиозной общине с протекциями в жилищном вопросе. Гендир Минздрава с позитивной фамилией и негативным характером вкупе с профессором С.С. и солдафонами-аналитиками вызвали путаницу в эпидемиологических понятиях, смешав в одну кучу больных и носителей. Невзирая на факт, что отпущенные на свободу люди, повально не предохраняясь, не повысили количество пациентов, требующих госпитализации, народ стали запугивать второй волной заболеваемости. А от сотрудников Минздрава, работающих на местах, в так называемых облздравотделах, продолжили требовать подробные повсеместные расследование длиннющих цепочек заражения (вопреки базовым принципам эпидемиологии о критериях выборочного популяционного исследования в момент пандемии). 

 

Что получили на выходе? 

Местные масс-медиа в погоне за рейтингами подхватили плохие новости, при этом жонглируя профессиональными терминами (от незнания), эпитетами (от стремления к сенсациям) и цифрами (часто продуцируемыми без всякого основания).

Рост заболеваемости на 100 тысяч населения подскочил до цифр страны даже не третьего, а четвертого мира. 

ВОЗ и зарубежная общественность не стали заморачиваться с классификационными просчетами израильского здравоохранения и откликнулись незамедлительно, переведя нас в особую группу риска («красный» статус). 

Сотрудники отделений Минздрава на местах занялись мартышкиным трудом. Представляете, насколько тяжело пытать пару часов мамашу, с кем это тусовался ее малолетний отпрыск в течение двух недель с момента выявления вируса? Был ли он в маске, соблюдал ли дистанцию в парке, на тренировке, празднике или детской площадке. Вы можете вспомнить, с кем встречались и проводили время полмесяца назад? А каково общаться на эту тему с детьми? 

Да и заразившиеся взрослые не страдают хорошей памятью, постоянно путаясь в показаниях. К тому же не хотят «подставлять» родственников и знакомых, так как из-за принудительного карантина те выпадут из функционирования на 14 дней. Вот и начинается враньё. 

Большая часть населения уже боится тестирования. К тому же растет понимание, что тесты не являются терапевтическим средством. Лечение минимальных симптомов вируса не отличается от других ОРВИ. Поэтому люди при появлении признаков той же простуды просто ограничиваются домашними средствами, шарахаясь от проверок. 

Рост ежедневных случаев инфицированности выявил дыры в структуре Минздрава. 

Лаборатории перестали справляться и просто зарылись в массе исследований. Возмущение сотрудников подавили договором о дополнительной оплате труда. 

Оказалось, что груз расследований всё время несли на себе 27 эпидемиологических медсестер, которым помогали в каждом областном подразделении еще 4-5 сотрудников из числа среднего медперсонала. Когда информация дошла до прессы, новые министр и гендир Минздрава опешили от удивления и распорядились призвать на работу 300 студентов медицинских вузов. Знала ли о состояние дел в собственной структуре ее руководитель? Думаю, что да. Почему не изменила ситуацию? Хороший вопрос командиру, который в бою должен заботиться о своих солдатах. 

Но самая тяжелая ноша досталась врачам облздравов. Они работают 5 (пять!!!) месяцев в режиме 24/7, и это не рекламный оборот, не фигура речи. Целыми днями к ним стекается информация от подчиненных, больничных касс, службы скорой помощи, представителей местных органов власти, начальства. И вирус не отменяет обычную рутинную работу с прививками, мониторингом окружающей среды, предприятий общепита, больниц, поликлиник, школ и домов престарелых. Если медсестрам могут помочь, то врач оставлен на растерзание в единственном числе. А еще негативный фон от недовольных теми, или иными решениями. А еще непонимание целесообразности всех указаний верховного руководства. И постоянные накачки в стиле советских парторгов: вы обязаны быть сознательными, работать не за вознаграждение, а за совесть (бюджета на вас нет). Как говорил недавний русский премьер: 

- Вы держитесь там, только денег нет. 

Вообще количество вопросов, которые накопились к релевантным органам, начинает зашкаливать. Но прежде хотелось бы разобраться со следующим. 

К концу июня мы подходим с 25 тысячами зараженными коронавирусом. А если будут проведены запланированные серологические тесты (70,000 штук для выявления коллективного иммунитета), то, несомненно, будут определены еще 3-5 тысяч человек с иммуноглобулином М (активные пациенты), или G (перенесшие вирус). Этот массив, по логике, тоже необходимо прибавить к существующему. И тогда всё будет выглядеть вообще грустно. 

Но в тоже время наша страна обладает огромной базой данных зараженных. Просто мечта статистика. Кто-нибудь занимается её обработкой? Кто-нибудь пробует на основании анализа сделать прогнозы и принять правильные экономические и политические решения? У скольких людей, помещенных в двухнедельный карантин, затем был выявлен вирус? Эти люди контактировали с симптоматичным пациентом, или носителем? У заболевших в период изоляции развились симптомы? Если да, то какой степени тяжести? Насколько различается заразность носителей по возрастам? Что в плане инфицированности происходит с учащимися, чьи учебные заведения закрыты на карантин – из класса носителя, из той же возрастной категории, из школы? Сколько севших в изоляцию «возвращенцев» из-за рубежа в результате заболели? Где чаще происходит заражение – на работе, в магазине, на праздниках? 

Я уверен, что ответы на эти и многие другие вопросы заложены в цифрах. Пока же правительство продвигает нас интуитивно, либо на основании графиков, которые рисуют специалисты, далекие от медицины. 

Отдельный разговор требуется по такой важной для страны отрасли, как туризм. Израиль теряет колоссальные средства, захлопнув себя наглухо. И это в то время, когда Европа открыла границы. Конечно, у них не ищут больных среди здоровых. Никому в голову не пришло обследовать бессимптомные массивы, чтобы увеличить статистическое количество носителей. Поэтому Израиль нежеланен и как гость, и как хозяин. Но, допустим, медицинские туристы всё равно стремятся на Землю Обетованную в поисках излечения. Почему сегодня с большой бюрократией можно привезти только пациента в состоянии, угрожающем жизни? И то, нужно либо помещать его на двухнедельную изоляцию в апартаментах, или отеле, либо госпитализировать в отделение «короны» приглашающей больницы. Вы представляете, какую потерю времени и денег несет такое решение для медтуриста? Насколько оправдан для данной категории карантин? Можно ли сократить его в гуманитарных целях до 7 дней, например, как принято в Сингапуре и Великобритании, или отменить, как сделала Германия. Само собой, при жестком тестировании, хоть ежедневном. Если государство не примет мер, туристическая отрасль просто загнется, а иностранные пациенты забудут к нам дорогу. 

Пока же небо закрыто до первого августа, а пресса засыпает пугающими заголовками: 

- Израиль захлебнулся второй волной; 

- В Израиле бушует вирус; 

- Жуткая статистика заболеваемости; 

- Страна на пороге полного закрытия. 

Дошло уже до того, что новый министр здравоохранения обвинил инакомыслящих в популизме. 

Я двумя руками за масочный режим. Я двумя ногами за социальную дистанцию. Я поддерживаю меры изоляции для пожилых и лиц с хроническими патологиями. Я солидарен с постоянным тестированием домов престарелых и быстрой изоляцией в них больных и носителей, в том числе среди персонала. Но я не приемлю истерию, не подкрепленную объяснением специалистов, четкими фактами и прогнозами. 

В любом людском формировании всё происходящее продиктовано стремлением к выгоде. Это могут быть идеологические, политические, или финансовые преференции. Что стоит за нынешним поведением нашего правительства? Почему выбрана тактика повальных тестов, не нашедшая поддержку в большинстве стран? Почему именно на проверки тратятся гигантские ресурсы? Какова стратегия сосуществования с вирусом, который никуда не денется до появления вакцины? 

Наверное, я утомил читателей своими вопросами, но пока не вижу ответов ни на один из них. 

P.S. Скорее всего, я больше никогда не пойду на выборы. Опыт показывает, что народные избранники цинично нарушают обещания немедленно после получения заветных мандатов. Пандемия четко обозначила правоту моего суждения. Я уже несколько месяцев остро чувствую себя обманутым собственным государством, которое не выполнило свое основное предназначение – давать гражданину уверенность в завтрашнем дне, стремясь не ограничивать его свободы. И нахожусь из-за этого в нефизиологическом состояние ярости. 

 

Отправьте запрос или свяжитесь с нашими специалистами:

Tel. +38 044 353 90 65

Tel: +38 050 462 06 22

e-mail: info@medicalexpert.com.ua

 

Як зв'язатися з нами:

Тел: +38 044 353 90 65
Моб: +38 050 462 06 22

Електронна пошта:
info@medicalexpert.com.ua

Наша адреса

03055 Україна, Київ,
Вулиця Маршала Тімошенко 29Б

Як дістатися:
Схема проїзду